Какое будущее ждет возобновляемые источники энергии

Мощность возобновляемых источников энергии уже в 2023 году будет выше, чем газовых. А в 2025 году они вытеснят с рынка уголь и станут основой глобальной энергетики. В чем секрет успеха ветряной и солнечной энергии, которым даже кризис и пандемия ни по чем, — разбирался Plus-one.ru.

С февраля до середины мая в большинстве стран мира действовали ограничительные меры. Это помогло замедлить распространение инфекции и снизить нагрузку на системы здравоохранения. Но из-за карантина начали происходить сбои в цепочках поставок. Поэтому была приостановлена реализация многих проектов по возведению электрогенерирующих установок, включая наземные ветряные и фотоэлектрические станции. Об этом сообщает доклад МЭА. В результате в первой половине 2020 года мировой прирост возобновляемых мощностей был ниже на 11% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В частности, речь идет о снижении прироста на 17% в солнечной энергетике и на 8% — в ветряной. Объем генерации на гидроэлектростанциях, напротив, продолжал увеличиваться. Это происходило в основном за счет Китая, где ограничительные меры практически никак не повлияли на строительные работы.

В МЭА предполагают, что на фоне снижения экономической активности мировой спрос на электроэнергию в этом году упадет на 5%. Ожидается, что мировой объем производства биотоплива снизится на 12% в сравнении с рекордными показателями 2019 года. Это первое падение за последние 20 лет, оно связано со снижением как спроса на топливо в целом, так и цены на ископаемое топливо. Но, как отмечает исполнительный директор МЭА Фатих Бироль, возобновляемая энергетика «демонстрирует устойчивый рост, даже несмотря на пандемию», в то время как традиционная — наоборот, испытывает трудности. По прогнозам агентства, мировой спрос на электроэнергию из возобновляемых источников увеличится на 1%. К концу года доля энергии, вырабатываемой на солнечных, ветряных и гидроэлектростанциях (ГЭС), достигнет 7%. При этом увеличение совокупной мощности всех ВИЭ в 2020 году по сравнению с 2019-м составит 200 ГВт. Лидерами в этой сфере станут США и Китай: ожидается, что объемы генерации солнечной и ветряной энергии в этих странах увеличатся в среднем на 30%.

В будущем развитие рынка возобновляемой энергетики будет происходить благодаря «устойчивой политической поддержке» и снижению производственных затрат на строительство и эксплуатацию станций. Уже в 2023 году мощность солнечных и ветряных установок может быть выше, чем газовых. При этом в 2024 году они, вероятно, опередят по этому показателю и угольные электростанции. Специалисты прогнозируют, что в 2025 году ВИЭ могут окончательно вытеснить уголь и станут основным источником электроэнергии — на них будет приходиться до 30% выработки. Почти половина электроэнергии будет генерироваться на ГЭС (в 2010 году на них приходилось 77% выработки), за ними будут следовать ветряные и солнечные установки.

Инвесторы, среди которых есть и крупные нефтегазовые компании, сохранят интерес к ВИЭ, даже несмотря на экономическую неопределенность. В докладе МЭА сообщается, что в 2019 году компании из нефтегазовой отрасли, присоединившиеся к инициативе Oil and Gas Climate Initiative (OGCI, направлена на достижение целей Парижского соглашения по климату и создание основы для низкоуглеродного развития), профинансировали генерацию около 5 ГВт из возобновляемых источников — преимущественно ветра и солнца. В OGCI входят британская BP, американская Chevron, итальянская ENI, норвежская Equinor, англо-голландская Shell, французская Total и другие. Аналитики МЭА ожидают, что за 2020 год показатель по электроэнергии из ВИЭ увеличится до 8 ГВт, в том числе за счет покупки мощностей и увеличения инвестиций в акционерный капитал. Однако в агентстве считают, что к 2025 году за счет этих компаний в мире будет производиться лишь 2% возобновляемой энергии. При этом добыча и продажа нефти и газа будет оставаться для них основным видом деятельности по меньшей мере в ближайшие десять лет.

Как возобновляемые источники энергии обогнали традиционные

В 2018 году на долю ВИЭ и других проектов, направленных на трансформацию энергетического сектора, приходилось от 3% до 5% инвестиций таких компаний, как Shell, Equinor, Total, BP и ENI. Об этом говорят данные аудиторской компании KPMG. Как ожидается, эти цифры будут расти. В частности, Shell в период с 2021 по 2025 год планирует вложить в ВИЭ от $2 млрд до $4 млрд (8% от всего объема инвестиций). Total в период с 2019 по 2023 год инвестирует $1,5–2 млрд (10–15%), а Saudi Aramco до 2030 года — $30–50 млрд (1,7%). Аналитики подчеркивают, что инвестиции в ВИЭ становятся частью долгосрочного развития нефтегазовых компаний. Это помогает укрепить их позиции на нестабильном мировом рынке и создать положительный имидж. Например, датский энергетический гигант Orsted (ранее Dong Energy) в 2017 году продал бизнес по добыче нефти и газа британскому химическому концерну Ineos. После этого компания начала уделять больше внимания развитию наземной ветряной энергетики. Благодаря этому она смогла укрепить свои позиции на рынке ВИЭ и значительно повысить капитализацию. Осенью 2020 года Orsted опередила по стоимости британскую нефтегазовую компанию BP.

Тогда же компания ExxonMobil, которая «исторически уделяла меньше внимания инвестициям в ВИЭ и больше фокусировалась на добыче», впервые в истории уступила по стоимости американской NextEra Energy, специализирующейся на солнечной и ветряной энергетике. В начале октября капитализация ExxonMobil оценивалась в $137,9 млрд, в то время как стоимость акций NextEra Energy достигла $138,6 млрд. Еще в 2007 году стоимость ExxonMobil составляла $525 млрд, а в 2014 году — $450 млрд. А за девять месяцев 2020 года цена на ее акции упала на 40%. Эксперты предполагают, что эта ситуация может быть результатом случайного стечения обстоятельств. Однако она отражает настроение инвесторов, по мнению которых финансирование нефтегазовых компаний сопряжено с большим количеством рисков.

Поддерживают ВИЭ и крупные институциональные инвесторы. В декабре 2019 года частная инвестиционная компания Warburg Pincus, управляющая активами на сумму более $56 млрд, выделила $300 млн американской фирме Scale Microgrid Solutions, которая занимается развитием малой распределенной энергетики. В начале 2020 года международная инвестиционная компания BlackRock пообещала изменить свою стратегию и уделять больше внимания проблеме изменения климата. Она также объявила о планах отказаться от поддержки бизнеса, чей доход на 25% и более зависит от добычи энергетического угля.

В начале года американская финансовая корпорация Blackstone выделила $850 млн на развитие компании из США Altus Power Generation, которая поставляет энергию из солнечных установок коммерческим и промышленным предприятиям, а также коммунальным хозяйствам. А в марте Blackstone приобрела канадскую компанию NRStor, разрабатывающую технологии хранения энергии из возобновляемых источников. Американский инвестор Generate Capital (специализируется на экологических инициативах) привлек более $1 млрд на реализацию проектов в области возобновляемой энергетики, транспорта и управления водными ресурсами в Северной Америке. Среди инвесторов оказались крупные пенсионные фонды: австралийский AustralianSuper, британский Railways Pension и шведский AP2.

Перспективы ВИЭ

По оценкам аналитической компании Bloomberg New Energy Finance (BNEF), в первой половине 2020 года в ВИЭ, без учета крупных ГЭС мощностью более 50 МВт, было инвестировано $132,4 млрд. Это на 5% больше, чем в аналогичный период прошлого года ($125,8 млрд). При этом инвестиции в прибрежную ветряную энергетику снизились на 21% до $37,5 млрд, а в солнечную — на 12% до $54,7 млрд. Объемы вложений в новые заводы по переработке биомассы и отходов сократились на 34% до $3,7 млрд. На 594% больше инвестиций привлекли геотермальные установки: всего $676 млн. На долю малых ГЭС пришлось $576 млн (на 14% меньше), а на долю установок по производству биотоплива — $250 млн (на 82% меньше). Самым крупным рынком стал Китай, в проекты которого было вложено $41,6 млрд — на 42% больше, чем годом ранее. За ним следуют Европа ($36,5 млрд), США ($17,8 млрд), Япония ($10,8 млрд), Индия ($2,7 млрд) и Бразилия ($2,5 млрд).

В совместном докладе BNEF и научно-исследовательского центра Frankfurt School-UNEP Centre сообщается, что в 2019 году инвестиции в ВИЭ (без ГЭС) более чем в три раза превышали инвестиции в новые электростанции, работающие на ископаемом топливе. На долю возобновляемых источников также приходилось почти 78% новых мощностей. Стоимость «зеленой» энергии быстро снижается, и эксперты уверены, что при восстановлении экономики после пандемии власти должны уделять больше внимания развитию отрасли. Для того чтобы удержать рост мировой температуры на уровне 2 °C в рамках Парижского соглашения, до 2030 года страны должны ввести в эксплуатацию по меньшей мере 3 тыс. ГВт новых мощностей, генерируемых с помощью ВИЭ. Но судя по обязательствам, которые взяли на себя государства, этот показатель едва ли достигнет 826 ГВт. За это же время в новые мощности (без ГЭС) планируется вложить $1 трлн. При этом объем инвестиций в период с 2010 по 2019 год оценивается в $2,7 трлн. «Если правительства воспользуются постоянно падающими ценами на ВИЭ и положат чистую энергию в основу восстановления экономики после COVID-19, они сделают большой шаг к оздоровлению природы, что станет самой надежной страховкой от пандемий», — говорит исполнительный директор Программы ООН по окружающей среде Ингер Андерсен.

Тем не менее многие страны продолжают финансировать традиционную энергетику. В Международном институте устойчивого развития (International Institute for Sustainable Development, IISD) подсчитали, что власти стран «большой двадцатки» (G20) в период с 2017 по 2019 год выделяли порядка $584 млрд (в среднем за 2017–2019 годы) на поддержку проектов в области ископаемого топлива. Большая часть средств — 47% ($277 млрд) — направлялась на нефте- и газодобычу, 29% ($168 млрд) — на использование ископаемого топлива в промышленном и транспортном секторах, жилищно-коммунальном хозяйстве, 22% ($126 млрд) — на производство энергии на основе ископаемого топлива и еще 2% ($13 млрд) — на добычу угля. Финансирование происходило как за счет прямых трансфертов из бюджета, так и за счет налоговых льгот, ценовой поддержки, инвестиций со стороны госпредприятий.

В последние годы наблюдается тенденция к сокращению поддержки этого сектора со стороны государств. Но семь стран — Австралия, Канада, Китай, Франция, Индия, Россия и Южная Африка — продолжают увеличивать финансирование. С 1 января по 12 августа 2020 года страны G20 выделили порядка $170 млрд на поддержку отраслей, в которых интенсивно используются ископаемые виды топлива. «Поддержка сектора ископаемого топлива в ответ на кризис говорит о том, что правительства стран G20 двигаются в неправильном направлении и скорее всего сведут на нет прогресс, достигнутый в 2014–2019 годы», — заключают в IISD.

Автор: Евгения Чернышёва

Загрузка...

Предыдущая запись

Следующая запись

Оставьте комментарий

7 + три =